Коллекции

Коллекция Я.М.Лисового: путь частного собрания

(статья из сборника “Библиотека личная - библиотека общественная. (Традиции отеч. книгособирательства): Материалы науч. конф. 7-8 окт. 1998 г. / Гос. публ. ист. б-ка России. – М., 2001. – 148 с.”)

Кручинин Андрей Сергеевич,
главный библиотекарь Отдела фондов Русского зарубежья ГПИБ

Девизу „Библиотека личная — библиотека общественная“ как нельзя лучше соответствует история коллекции полковника Якова Марковича Лисового (21 марта 1882, Подольская губерния — 2 августа 1965, Чикаго), офицера Российской армии, белогвардейца, эмигранта, одним из результатов неутомимой и самоотверженной собирательской деятельности которого стала, в частности, передача значительной доли скопившихся у него материалов в Государственную публичную историческую библиотеку в 1945—1947 гг. Начало же коллекции Лисового относится к самому раннему периоду первой мировой войны, когда он, тогда молодой офицер Генерального штаба, осознав себя свидетелем и участником великих исторических событий, начал собирать, как он сам говорил, „лепестки истории“ — попадавшие в его руки документальные материалы о ходе боевых действий. Уже в 1915 г., правда, основная часть этих материалов, составлявших к тому времени по свидетельству их владельца „ящик весьма внушительного вида и веса“, погибла (это была первая, хотя, увы, не последняя утрата такого рода), — но молодой офицер не пал духом и не прекратил работы. „…Все свободное от служебных обязанностей время, — вспоминал Яков Маркович впоследствии, — я посвящал продолжению сбора всевозможных материалов, и так как рамки моей служебной деятельности, в продолжение войны, постепенно расширялись, — то, естественно, что увеличилась и продуктивность работы в этом направлении: материалов стало поступать больше и материалы были разнообразнее“1. Как в дни войны, так и особенно во время революции и начавшегося стремительного развала армии, наблюдательный и склонный к анализу, обладавший чувством юмора и несомненными литературными дарованиями Я. М. Лисовой внимательно следил за всем происходящим вокруг, что позволило ему сделать немало интересных наблюдений (и, по-видимому, заметок), в архиве же его в это время отложились многие ценные документы.

Осенью 1917 г. он отправляется в Новочеркасск, где под покровительством Донского атамана генерала-от-кавалерии А. М. Каледина формировались первые белые части. Представившись Каледину, Лисовой вскоре получает предложение занять должность начальника Полевого штаба Донского атамана, а затем переходит на службу в Алексеевскую организацию (по имени ее руководителя генерала-от-инфантерии М. В. Алексеева). После приезда на Дон генерала-от-инфантерии Л. Г. Корнилова (6 декабря 1917 г.) между руководителями зарождающегося Белого движения произошло разделение полномочий. Корнилов, в частности, принял руководство над вооруженными формированиями, на Рождество 1917 г. получившими имя Добровольческой армии, а в компетенции Алексеева остались „гражданское управление, внешние сношения и финансы“2. При Алексееве в это же время организуется Политический (или Военно-Политический) отдел, который возглавил подполковник Лисовой.

Довольно глухо упоминая о характере своей службы в этот период, Я. М. Лисовой особенно подчеркивал лишь, что тогдашние условия решительно препятствовали его любимой деятельности как историка и коллекционера. „Отсутствие средств даже для жизни, многочисленные сопряженные с риском командировки — часто в условиях конспиративности, неизвестность завтрашнего дня в связи с тяжелым положением на фронтах, тяжелая оперативная работа, оторванность от семьи и, наконец, отсутствие какого бы то ни было хранилища, — все это вместе взятое в достаточной степени определяет ту обстановку, при которой, конечно, невозможно было и думать о каком бы то ни было сборе материалов“, — писал он3.

Более того, в начале февраля 1918 г., перед уходом Добровольческой армии в поход, получивший впоследствии название Первого Кубанского, именно Лисовому пришлось по приказанию генерала Алексеева своими руками сжигать дела и документы Политического отдела и Штаба армии. В 1918 г. ему довелось узнать о безвозвратной пропаже значительной части его коллекции, хранившейся в Полтаве.

После кончины 25 сентября (8 октября) 1918 г. генерала Алексеева позиции полковника Лисового среди командного состава Добровольческой армии, похоже, стали менее устойчивыми, и ему пришлось заниматься в основном литературно-публицистичес-кой деятельностью. В конце 1918—1919 гг. Я. М. Лисовой активно сотрудничает в южнорусской (главным образом, ростовской) прессе: газетах „Донские Ведомости“ (Новочеркасск; официоз Донского Войскового правительства), „Приазовский Край“ (Ростов-на-Дону), „Великая Россия“ (Екатеринодар — Ростов-на-Дону), „Народная Газета“ (Ростов-на-Дону), „Родина“ (Харьков), журналах „Донская Волна“, „Радуга“ (оба — Ростов-на-Дону), „Путь к Северу“ (Харьков). В феврале 1919 г. он начинает издание ежедневной газеты „Военный Листок“ (Ростов-на-Дону; № 1 вышел 21 февраля), однако вскоре газета была закрыта.

Особенно плодотворным было сотрудничество Я. М. Лисового с журналом „Донская Волна“ („Еженедельник истории, литературы и сатиры“), выходившем в Ростове-на-Дону под редакцией В. А. Краснушкина (Виктора Севского). В 1918–1919 гг. в журнале, „ставившем основной задачей широкое освещение борьбы за воссоздание России на Дону, Кубани, Тереке и [в] других областях русской земли“, было опубликовано 17 статей и очерков Лисового самых различных жанров (воспоминания, в т.ч. беллетризованные, публицистика, статистические материалы и др.). Уже в то время Лисовой готовит к печати большую работу „Материалы по истории возрождения русской армии“ (позднее, уже в эмиграции, появляется другой вариант заглавия: „Материалы по истории Добровольческой Армии первых дней“), отрывки из которой („А. М. Каледин и М. В. Алексеев“, „А. М. Каледин и Добровольческая Армия“, „Допрос“ генерала Алексеева“, „М. П. Богаевский и Керенский“) появились на страницах „Донской Волны“ в январе- марте 1919 г. В центре его внимания неизменно остается фигура генерала Алексеева, репутация „летописца“ которого прочно закрепляется за Лисовым. „У генерала нет бардов, — писал Виктор Севский, сетуя на меньшую, по сравнению с другими Белыми вождями, известность имени М. В. Алексеева, — и есть только один Баян — полковник Лисовой, кропотливо подбирающий каждую черточку в жизни старого дедушки новой русской армии“4.

Сохранявшийся авторитет Лисового и, не в последнюю очередь, его слава коллекционера-историка, побуждали обращаться к нему за советом и помощью сотрудников Осведомительного агентства (Осваг; позже Отдел пропаганды), Комиссии для сбора военно-исторических материалов освободительной войны от большевиков и др., причем в качестве благодарности Якову Марковичу передавались дубликаты всех издаваемых этими организациями материалов (главным образом, фотографий, плакатов, агитационной литературы). Участвовали в пополнении коллекции и частные лица, чему способствовало помещение им в газетах объявлений с призывом передавать ему исторические материалы и документы, а также распространение аналогичных листовок (общим тиражом до 5 000 экз.). Характерно, что даже во время трагического отступления Вооруженных сил Юга России от Орла до Новороссийска (ноябрь 1919 — март 1920 гг.) полковник Лисовой не оставлял без внимания разрозненные документы, выбрасываемые эвакуирующимися учреждениями. „Улицы города, пригородные пути и пути вдоль железных дорог сплошь усеяны выброшенным ненужным „хламом“ — здесь и плакаты, и приказы, и пачки брошюр, и листовок, и прокламаций, и хозяйственных дел, и разных книг, и газет — одним словом, все то, что видели многие десятки тысяч эвакуирующихся граждан на путях к Новороссийску и Севастополю“, — так описывал Я. М. Лисовой типичную картину отступления. „Большое количество материалов было собрано мною именно тогда, в дни эвакуации: и в стенах опустевших домов, и на улицах, и на вокзалах, и даже вдоль пути следования поездов (Батайск, Екатеринодар, Новороссийск)“, — вспоминал он5.

Прибыв в начале марта 1920 г. со своей коллекцией в Новороссийск, Я. М. Лисовой при содействии англичан вывез материалы своего собрания (составлявшего к тому времени ок. 30 пудов) в Турцию. Уже 20 мая в Константинополе им была открыта выставка „La lutte contre le Bolchevisme en Russe“ („Борьба против большевизма в России“), преследовавшая в первую очередь пропагандистские цели, — в чем, очевидно, проявилось стремление не замыкаться в эгоистическом коллекционировании, а ознакомить с материалами уникального собрания возможно более широкие круги публики. Однако руководство Вооруженных сил Юга России (Главнокомандующим к тому времени стал генерал-лейтенант барон П. Н. Врангель) в лице начальника Штаба Главкома генерал-лейтенанта П. Н. Шатилова и представителя Главкома в Константинополе генерал-лейтенанта А. С. Лукомского не только не пожелало поддержать работу Я. М. Лисового, но и фактически дезавуировало его перед союзниками, официально заявив: „по имеющимся в Ставке сведениям, Вы отбыли за границу как частное лицо, почему поданный Вами рапорт (с предложением организовать демонстрацию выставки в европейских государствах. — А. К.), а равно и Ваша деятельность, могут рассматриваться только как деятельность частного лица, не имеющего никаких заданий официального характера“6. Не встретив поддержки командования и отказываясь от любой другой поддержки, которая могла бы ограничить его независимость, Я. М. Лисовой в конце 1920 г. перебирается с выставкой в Королевство сербов, хорватов и словенцев (Югославию).

13 апреля 1921 г. в Белграде открылась „Первая передвижная историческая литературно-художественная выставка современных событий в России“, вскоре преобразованная в „Музей современных событий в России“, который принимает характер уже не пропагандистский, а исторический. Весной 1921 г. Я. М. Лисо-вой издает „Листок исторической... выставки...“ (известно два номера), перечислив в нем отделы своей выставки:

„I.   Художественный.

II.  Литературно-документальный.

III. Картографический.

IV.  Экономический.

V.   Политический лубок.

VI.  Панорамный отдел.

VII. Жизнь беженцев за границей.

VIII. Финансовый.

IX.  Архивный.

X.   Кинематографический“7.

В следующем выпуске „Листка“ он более подробно раскрывает содержание некоторых из этих отделов:

„1) Художественный отдел представляет собою коллекцию плакатов, эскизов, фотографических снимков, репродукций и портретов, а также картин, иллюстрирующих, главным образом, эпоху гражданской войны на юго-востоке. — Из плакатов обращают на себя внимание: „Адский замысел“, „Торговый дом Бронштейн и Ко“, „Астраханский поход“ и друг. Эскизы представлены работами художников Сарьяна, Загороднюка и Ильина. Фотографические и портретные витрины освещают эпоху с обеих сторон, как большевиков, так и антибольшевистских сил.

2) Литературно-документальный отдел — представляет собою собрание образцов сочинений, актов и документов как оффициального, так и частного характера по разным вопросам. Среди них „Английская Белая Книга“, письма, образцы и т.д.

3) Картографический отдел иллюстрирует небывалые в летописях гражданской войны походы: „Кубанский (Ледяной) Ген. Корнилова“ и поход отряда Ген. Дроздовского, а также некоторые военные операции прошлого и современное политическое положение настоящего.

4) Экономический — рядом диаграмм по различного рода вопросам, составленных, главным образом, на основании советских данных — иллюстрирует собою внутреннюю жизнь советской России.

5) Политический лубок, шаржи, каррикатуры заставляют вспомнить слова поэта

„Все это было бы смешно,

Когда бы не было так грустно“.

6) Панорамный отдел — дает наглядную картину путем сочетания живописи и скульптуры.

7) Жизнь беженцев за границей — показывает условия беженства в Константинополе и его окрестностях, на о-ве Лемносе, Болгарии и отчасти в Египте.

8) Финансовый — ясным образом иллюстрирует финансовую разруху страны8.

Дирекция отлично сознает, что не все отделы представлены полно, и поэтому обращается, во имя общего дела, с горячим призывом о пополнении экспонатов“.

В течение всего 1921 г. Я. М. Лисовой объездил большинство крупных югославянских городов, демонстрируя экспозицию своего музея и кинофильмы периода гражданской войны (документальные и художественные). Одновременно с этим он продолжает сбор материалов и пытается их обработать, планируя написать две большие работы по истории „Русской смуты“: „Разложение Русской Армии“ и „Гражданская война на Юге России“, однако эти планы остались нереализованными: известна лишь одна публикация, представленная как отрывок из „Материалов по истории Добровольческой Армии первых дней“. Не была, по-видимому, доведена до конца и работа над книгой „Разложение Русской Армии“, увидевшей свет лишь в виде краткого конспекта на болгарском языке.

Вообще, судьба не благоприятствовала издательским начинаниям Я. М. Лисового. В 1922 г. появляется идея создания русско-сербского периодического литературно-исторического сборника „Поука прошлости“ („Уроки прошлого“), посвященного событиям первой мировой войны, революции и гражданской войны в России и жизни русской эмиграции, причем редактором военно-политического отдела должен был стать Лисовой, однако сведения о его выходе в свет сомнительны, и даже если это и произошло, — широкой известности сборник не получил, несмотря на весьма интересное (судя по анонсам) содержание.

Возможно, что неудачи в издательской деятельности стали одной из причин, по которым Лисовой начал переговоры о переезде со своим Музеем в другие государства (предполагались поездки в Италию, Венгрию и США). В ожидании результатов ему пришлось работать референтом русской печати, одновременно выступая как библиограф (он поместил в известном берлинском журнале „Новая Русская Книга“ указатель „Книги, появившиеся на Дону за период генерала Деникина“, содержащий информацию о более чем 150 книгах и журналах)9.

В феврале 1923 г. Лисовой отправился со своей коллекцией в США и в течение почти трех лет ездил по штатам Колорадо, Калифорния, Иллинойс, Висконсин, Индиана, организуя лекции, киносеансы, выставки и пр., которые пользовались большим успехом. К 1925 г. его коллекция насчитывала 10.000 экспонатов, до 2.000 названий книг („преимущественно периода гражданской войны“) и 18.000 футов кинопленки. Экспонаты были распределены по следующим отделам (по классификации самого владельца): „1) Старая Россия, 2) Россия и мировая война, 3) Революция в тылу, 4) Революция на фронте, 5) Большевизм, 6) Антибольшевизм, 7) Казачество, 8) Белые Армии, 9) Голод в России, 10) Жизнь русских эмигрантов, 11) Большевизм в других странах, 12) Карри-катуры, 13) Диаграммы, 14) Карты и схемы, 15) Финансовый, 16) Документально-литературный, 17) Анархизм в России, 18) Ки-нематографический, 19) Современная Россия, 20) Секретный и 21) Архив“10.

В конце 1925 г. Я. М. Лисовой снова выехал в Европу, а в 1926 г. под его редакцией в Париже вышла в свет первая книга сборника „Белый Архив“, которая должна была, по замыслу Лисового, открыть собой систематическую публикацию материалов Музея современных событий в России. Отличительной чертой „Белого Архива“ было повышенное внимание к оригинальному документу, в большинстве случаев не снабжаемому никакими предисловиями или комментариями. Лисовой как коллекционер и хранитель богатейшего архива хорошо понимал ценность подлинного, живого свидетельства эпохи, подчас воспринимавшегося им как нечто самодостаточное. С точки зрения собирательской деятельности Лисового, очень характерной является его статья „Где материалы гражданской войны?“11, еще раз демонстрирующая неослабевающий интерес автора к розыску и сохранению „лепестков истории“ недавнего прошлого.

В 1927 или 1928 году Я. М. Лисовой возвращается в Америку и уже оттуда руководит изданием второго тома „Белого Архива“ (кн. II–III. Париж, 1928). К сожалению, продолжения не последовало, и издание сборника прекратилось. Сам же Лисовой остался в США и, по-видимому, принял американское гражданство. Жил он в Чикаго, преподавая русскую историю, язык и литературу в Эмерсоновском колледже (Emerson Junior College, Chicago, Ill.), в то же время не прекращая и своей общественной деятельности, выступая с лекциями перед русской эмигрантской аудиторией и продолжая пополнять свою коллекцию. Судя по всему, диапазон его интересов со временем расширяется, включая в себя события текущей политической и общественной жизни, в том числе страны, давшей ему приют. Позднее он так напишет об этом: „Начиная с 1919 г. и по сие время (1942 г. — А. К.) я, и в Европе, и в Америке, собирал и собираю различный материал, относящийся к познанию России (как Царской, так и Советской) вообще, и в частности — здесь, в Америке, — относящийся к взаимопониманию обеих стран.

Материал этот состоит из газет, газетных вырезок, журналов, брошюр, листовок и т.п. День за днем, шаг за шагом, по этим лепесткам можно проследить весь процесс сближения или противодействия этому сближению в различных Американских и других про и контра организациях“12. В Соединенных Штатах Лисовой встретил и вторую мировую войну. Искреннее сочувствие борьбе против нацизма (и, по-видимому, какие-то личные причины) заставляет его 4 ноября 1942 г. направить первое письмо в Москву, в Государственную публичную историческую библиотеку.

„С большим интересом я прочитал впервые в информационном бюллетене, издаваемом в Вашингтоне Советским Посольством, статью об открытии в Москве, четыре года назад, Государственной Исторической Библиотеки — это всегда была моя заветная мысль.

Приветствуя это великое культурное дело, я предлагаю Библиотеке результаты моих скромных трудов в этой области“, — писал Яков Маркович13, выражая желание безвозмездно передать библиотеке „этот материал, который я храню в течение более 20 лет и который состоит из десяти внушительных ящиков...“14

Обращает на себя внимание и еще один фрагмент этого письма, где Я. М. Лисовой сообщает о своем интересе к событиям второй мировой войны: „...Я специально собираю, начиная с 1938 г., материалы современной войны. После нескольких университетов и других соответствующих учреждений, моя частная коллекция является самой обширной и состоит из газет, журналов, документов, бюллетеней, книг, брошюр, листовок, военных карт и атласов войны, плакатов, фотографий, фотогравюр, альбомов, сувениров и т.п., включая немецкие, итальянские и японские. Одних бюллетеней я насчитываю ПОКА (выделено Я. М. Лисовым. — А.К.) более 5 000, карт и схем более 1 000, а иллюстрационных материалов, как, напр[имер], плакатов, хватит на несколько выставок. С каждым днем количество этих материалов увеличивается поступлениями из 36 различных стран и нескольких дюжин Американских организаций“15. „Весь этот материал, который я желал бы лично привезти на Родину, я также предназначаю Государственной Исторической Библиотеке и Академии Генерального Штаба, — писал он, — но это пока связано с вопросом окончания войны, в благополучном исходе которой для России я ни на минуту не сомневаюсь“16.

20 апреля 1943 г. Я. М. Лисовому был отправлен официальный ответ с выражением благодарности и согласия на его любезное предложение, и после нескольких лет переписки в 1945–1947 гг. им было отправлено в СССР большое количество различ-ных материалов, попавших, однако, в печально известный „спец-хран“. Переписка с Лисовым вскоре оборвалась (возможно, что свою роль сыграло в этом и начало „холодной войны“, как представляется, похоронившее надежды старого офицера вернуть-ся на Родину), а все обещания об „обработке“ и „хранении в виде особой коллекции“ его даров так и остались обещаниями. Если книги и журналы хотя бы были внесены в инвентарные книги, включены в фонд ГПИБ и стали на книжные полки (хоть и за семью печатями), то к документам так, похоже, никто и не прикасался более десяти лет.

В 1960 г. Главное архивное управление при Совете Министров СССР распорядилось распределить документальную часть коллекции между несколькими архивами (ЦГАОР — ныне ГАРФ, ЦГВИА, РГА КФД, Особый Архив), что и было исполнено. Сам Яков Маркович в это время был еще жив, но, конечно, никакой конкретной информации о варварском расчленении уникальной коллекции — дела всей его жизни — не имел. Есть, однако, свидетельства, что последние годы его жизни были омрачены горькими сожалениями о судьбе отданных и канувших в неизвестность документов (о многом он, по-видимому, догадывался).

И действительно, судьба коллекции незавидна. Как единое целое, как памятник самоотверженной, подвижнической работе Я. М. Лисового, она перестала существовать. Книги и журналы из ее состава к настоящему моменту оказались рассредоточенными между основным книгохранилищем и специализированным Отделом фондов Русского зарубежья, где хранятся эмигрантские и частично — белогвардейские (периода гражданской войны) издания. Собрать воедино коллекцию, как ни прискорбно это констатировать, уже невозможно. Лишь на страницах недавно изданного ГПИБ в сотрудничестве с коллегами из архивов справочника17 удалось свести воедино немногую сохранившуюся информацию о частях расчлененного собрания и отдать должное научному и человеческому подвигу полковника Якова Марковича Лисового, перед памятью которого советские библиотекари и архивисты должны, по совести, чувствовать большую вину.

  1. Лисовой Я.М. Памятка Музея „Современных Событий в России" // Белый Архив: Сб. материалов по истории и литературе войны, революции, большевизма, белого движения и т. п. / Под ред. Я. М. Лисового. Кн. I. Париж, 1926. С. 208.
  2. Деникин А. И. Очерки Русской Смуты. Т. 2. Борьба Генерала Корнилова, авг. 1917 [-] апр. 1918 г. P.: Povolozky, [1922]. С. 189.
  3. Лисовой Я. М. Памятка Музея … „Современных Событий в России" // Белый Архив: Сб. материалов по истории и литературе войны, революции, большевизма, белого движения и т.п. / Под ред. Я. М. Лисового. Париж, 1926. Кн. I. С. 209.
  4. Севский В. Генерал Алексеев // Донская Волна. 1919. № 32 (60), 10 нояб. [ст. ст.]. С. 1.
  5. Лисовой Я.М. Памятка Музея ... С. 211.
  6. См. там же. С. 214.
  7. Листок Исторической литературно-художественной выставки современных событий в России. Белград, 1921. № 1, 6 апр. С. 1.
  8. Там же. № 2, 13 апр. С. 2.
  9. Книги, появившиеся на Дону за период генерала Деникина: (Из материалов ген. шт. полковника Я.М.Лисового) // Новая Русская Книга: Ежемес. критико-библиогр. журн. под ред. проф. А. С. Ященко. Берлин, 1922. № 3. С. 50-52.
  10. Лисовой Я. М. Памятка Музея ... С. 218.
  11. Лисовой Я. М. Где материалы гражданской войны? // Белый Архив. Кн. 2-3. С. 271- 278.
  12. Письмо Я. М. Лисового в ГПИБ от 4 ноября 1942 г. - ЦГА РСФСР, ф. 513, оп. 1, д. 89, л. 13. Копия в Отделе фондов Русского зарубежья ГПИБ.
  13. Там же.
  14. Там же.
  15. Там же. Л. 14.
  16. Там же.
  17. Коллекция Я. М. Лисового: Опыт реконструкции. М.: ГПИБ, 1998. Здесь же см. дополнительные сведения о составе коллекции и жизненном пути ее владельца.